Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 147
– Как можешь ты, жена подлая, прямо под стенами святыми гадать на основании атмосферных явлений?! Дать бы тебе ключом вот этим в скранию!
Авдотья испуганно прикрыла дланью ближайший к батюшке висок, опасаясь, что отец Логгин приведет угрозу в исполнение, и запричитала:
– Уж чего такого, батюшка, аз и рекши? Господи, помилуй! Али мороз – от дьявола?
– К просвирам сей день не прикасайся, грешница! Ты бы еще в стенах святых аеромантией занялась! Зелья бы наварила на паперти, прости Господи! Птиц принесла да собак навела!
Отец Логгин наконец отомкнул замок и помчался по церкви, негодующе развевая полами овчинного тулупа и подолом рясы.
Авдотья тихо подвывала.
– Батюшка-а… Аз ведь об вашем животе страдала, как бы вас волки не растерзали.
Отец Логгин резко повернулся назад, совершив грех становления к алтарю спиной без предварительного моления, и саркастически произнес:
– Еще того не легче! Авдотья ход моего живота предопределяет! Прямо не Авдотья, а дельфийский оракул, прости Господи. Быть мне волком задранным али от глупости вашей удар в кровяную жилу принять – то Богу решать! А не тебе ворожить! Твоего ли разума дело прогнозы строить? Ты молись, так святые угодники тебе все расскажут в своих откровениях, коли будет нужда, без всяких звезд.
– Батюшка, да ведь волхвам-то звезда путь к младенцу Иисусу указала, – всхлипнула Авдотья.
– А-а-а! – возопил отец Логгин. – Вселукавая баба! Потворница! Кощунница! Ведунья! Баальница смрадная! Зелейница! Вон! Три месяца тебе сухояста и по сто поклонов поясных!
Упоминание глупой Авдотьей библейского эпизода более всего прогневило отца Логгина. Поскольку напоминание это поставило батюшку впросак. Как втолковать дурной бабе разницу в звездных событиях? Та звезда была Вифлеемской. А эта – тотемской. Ну есть разница?! Та звезда вела к пещере, в которой агнецы в стойле стояли. А Авдотье дай волю, псов в святую вертепскую пещеру наведет!
Мысль о псах, несмотря на то что была она его же собственной, еще более прогневила отца Логгина.
Собака полагалась зело нечистым животным среди тотьмичей. Мог тотьмич в гневе изблевать соседа «козлом душным» и помириться вскоре за чаркой меда, но облаять «псом смердящим»!.. Сим словесам прощения не было. Мог иной тотьмич в мор великий кошку сожрать, а из шкурок кошачьих так и вовсе принято было женам и чадам рукавицы шить, но пса съесть! Да скорее тотьмич землю грызть будет, чем осквернится мясом собачьим. Вот такими добронравными были тотьмичи! Спаси Бог, если отроченок какой по младенческой глупости запускал в ворота церкви щенка. Закрывалась церковь и с долгими молитвами вновь освящалась. Поляки и литовцы, захватившие Тотьму в 7121 году, измываясь над горожанами, запустили в Богоявленский собор псов бродячих – надругались над святыми стенами. Тотьмичи со слезами крест целовали, моля Бога об очищении стен. Десятки тотьмичей отважно бросились в баталию с псами и убивали их, рыкающих, со счастьем в сердце. И бысть покусан в той баталии смиренный тотемский нищий Тишка. И принял Тишка бешенство. И бродил седьмицу, а затем лежал на гноище, истекая слюной, и бредя, и лая. И уверовали тотьмичи, что взял Тишка все дьявольское псовое бешенство на свою душу и очистил тем самым стены оскверненного собора. По смерти Тишки был он единодушно наречен тотьмичами и церковными властями блаженным, святым. Тщением всех горожан возведена была на месте гноища, на котором упокоился нищий, Тихонская часовня. Имела она славу излечивающей от бешенства.
Впрочем, обо всем этом отец Логгин не ведал, поскольку прибыл в Тотьму через шесть десятков лет после тех событий. И потому по явлении отца Нифонта гнев молодого батюшки был направлен исключительно на аеромантию.
Отец Нифонт, впрочем, не выказал особого рвения в осуждении Авдотьи. Меньше всего отцу Нифонту, несшему службу уже около тридцати лет, хотелось дискутировать с молодым энергичным коллегой. Алкалось отцу Нифонту покоя. Если какие мысли и пускал он в главу, так о том, не уменьшат ли в сей год размер церковного корма, то бишь зарплаты батюшки, с десятой части доходов до восьмой? Не согрешит ли средняя дочь Анница с рыбарем Васькой, уж больно зачастил он с рыбой на двор к отцу Нифонту? В общем, отец Нифонт желал дослужить в покое, философски размыслив, что коли Богу не удалось исправить грешников тотемских, то уж ему, отцу Нифонту, и тем более надрываться бессмысленно. Жаркие теологические дискуссии отца Логгина отец Нифонт не поддерживал. Но и не спорил. А свое участие в диспутах выражал многозначительными звуками и солидным молчанием. Он философски выслушивал боевитого коллегу, с легкой грустью вспоминая, как когда-то таким же увлеченным отроком прибыл в Тотьму. И в глубине души даже желал карьерного роста отца Логгина, его убытия на вышестоящую должность в епархии: молодой коллега порядком утомил отца Нифонта своей активной верой в перевоспитание тотьмичей. Вот и сей час, делая вид, что слушает отца Логгина, опытный батюшка меж тем про себя планировал, хватит ли семейству редьки и репы до весны? И лишь потому, что урожай сих корнеплодов зависел именно от атмосферных явлений, отец Нифонт открыл рот и изрек:
– Довелось мне слышать, что при дворе государя нашего Алексея Михайловича караульным стрельцам вменено зрить погоды бденно и излагать подъячим, дабы те писали об том в особый список. А некий книжный грамотей тот список изучает и измышляет, каково будет: ведро али безведрие? Ибо плодовитость репы, редьки и хрена, да и выезд государев, зависят от ненастья али настья.
Отец Логгин взвился:
– Извините, отец Нифонт! Зрить атмосферные явления не есть грех. Но грех Авдотье прогнозировать на их основании, что меня волки растерзают. Авдотья, это, извините, не Государь наш. Царь Алексей Михайлович зело прозорливо делает, что следит за ветрами и огненными столпами, опасаясь недорода али бескормицы рабов своих. Но Авдотья-то по ветрам и морозам га-да-ет! Не далее как на той пятнице рекшет мне: «Вороны-то молчком сидят, ох ищо морознее станет! Озимые вымерзнут». Ах, говорю аз ей, сама ты ворона худая! Каркаешь, что в главу глупую взбредет. Разве вороны урожай и, стало быть, хлеб наш насущный нам посылают? На то Божья воля, и от ворон тут ничего не зависит. Хоть каркай оне, хоть пляши вприсядку. По тебе, дуре темной, так и манну небесную вороны посылают? Что сие есть, как не птицеволхование? И добро бы холопка старая эдак рекши, так ведь добронравная проскурница! Ох, много еще пахать нам на ниве тотемской! Много доносить слова Божьего до паствуемых. Бо у них одна репа на уме!
Отец Нифонт крякнул и спешно подтвердил:
– Да уж…
Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 147
